Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Стихи Галины Григорьевны Нечаевой

Возвращение в Коктебель

вкл. . Опубликовано в Нечаева Галина Просмотров: 1831

1. Ночной ветер

Показался лавиной,
Хлынувшей с гор – носило
По двору полотенца
И надувные матрасы.
Плющ, ползущий на крышу,
Карабкался, что есть силы,
Царапаясь, словно юнга,
Раскачиваясь на мачте.

Созревшее ударяло
О землю, сорвавшись с веток,
И этим воздушным штормом
Знаменовалась осень.
А утром всё стало видно
Для чайки, стоящей в ветре:
Текущее вспять море
И каменные утёсы.

2.09.2003 – 29.03.2009


2. Гроты

Есть скважины в воспоминаньях скал:
В них тянет воздухом,
И повторяют гроты
И рокот вод, вошедших под высоты –
Ты сотнетысячный, кто здесь искал.

Бесчисленно умножен каждый миг:
Равно причастие
Причине и причуде.
И молча ты присутствуешь при чуде
Прикосновения
К пространству древних книг.

27.08.2003 – 29.03.2009


3. Мыс Волошина

Рисовальщица
Без мелков и красок,
Любованием
Заменившая материал
Воспроизведения –
Взгляд её счастлив:
Он внимает чувственный интервал

Среди суеты золотистой ряби:
Чёрный горный профиль
И свет за ним.
Как умеет плавать
Каменное по глади,
Как пловцом дробится
Сияющий нимб…

Чтобы там, в памяти
Слов и жестов,
В сердце, как в блаженстве,
Существовал
Указатель «Коктебель»,
Скрипящий жестью –
И мыс его –
Как мысленный интервал!

26.08.2003 – 29.03.2009


4. Крым. Три жанра. Живопись

Три жанра живописи морем рождены,
И мы послушно ставим натюрморты
На фон подвижной голубой стены,
Где хорошии гроздь, и рыбьи морды.

Мы знаем: круглый глаз
глядит на нас, но глаз другой –
окружность отражает,
Где вогнутая линза окружает
Морской залив и замыкает час –

Как часики, как кольца и браслет,
Как чувство новое – и тяжелит запястье,
Как окружает тех, кто счастлив, счастье,
Пока замок не разомкнёт – билет

Обратный… Но останется – пейзаж,
Морской и длительный – от мыса и до мыса,
В нем свет и дождь качают коромысло
Небес и шторм смывает антураж

Шезлонгов, зонтиков и столиков кафе,
И равноденствие есть центр весов и меры
Безмерности, где жар и холод первый
Качаются, как гласные в строфе:

По стопам принимая ударенья
Волны о берег – длительный размер,
И, продолжая рокотать во тьме,
Природе возвращают смысл даренья.

Но и потом, когда густой мазок
Аквамарина – станет нестерпимым,
Еще скользя в окне вагона мимо,
Помедли, легкой памяти возок!

Ведь и вернувшись через много лет,
Но в тот же час души и в то же место,
Поймешь, что зеркалу пока что неизвестно,
Что море пишет в нас автопортрет!

19.09.2002


5. Крым. Коктебель. Чайки

Где чайка белая и пестрая – младенец
Подросший – привыкает по крылам
И к ветру полуденному, надеясь
На счастье чаячье, в чём он подобен нам.

И, может быть, мы – то же для пейзажа,
Для чьих-то взглядов из-за той горы –
И жизнью краткою и счастья легкой кражей –
Как птицы пестрые полуденной поры…

16.09.2002 – 29.03.2009


6. Скоропись моря. Крым. Коктебель

Минускульное письмо, минускул –
Маленькие, строчные буквы, тип курсива
в греческих и латинских рукописях
Листай, листай бессмертные страницы,
Где пены вязь в минускульной тоске
Волнение внушает крику птицы,
Читающей на вечном языке.

И там вдали божественный минускул
Удвоен мускулом гребущего пловца,
Как текст двойной – на греческом и русском –
Поэмы, не имеющей конца.

15.09.2002 – 29.03.2009


7. Кубики бога

В горах с отпечатками пальцев Бога,
В этих чудовищных кубиках, взятых горячими,
Мы пребывали и время трогали
Наощупь, как боги, перстами зрячими.

Здесь даже камни были с глазами
Фениксов – в базальтах глядели ониксы.
И расстояньем руки – осязаньем –
Измерялись касательно сны и помыслы...

Да, видимо, Бог был ещё ребёнком –
Играл в динозавров и собеседника
Задумал позже собрать из обломков
Старых игрушек – добра последнего.

И вот теперь, среди глыб титанических
С бороздками круглых его касаний,
Мы были мыслей его Таврических
Полны, как гроты – его дыханий...

20.08.2003


8.

Созерцая задницу ближнего на туристской тропе,
Не думаешь, что сам представляешь для заднего то же.
Создавый нас многими – что ты хотел, о Боже,
Сказать устами нашими, но – себе?

И возникает синее возле глаз –
Не шорты спутника, но, может быть, шорты мира...
Его колени каменные претерпевают нас,
Как насекомых, ползущих по склону мимо.

И вот, прияв бесчисленность стоп тропы,
И вняв, что каждый – единственный в сонме шествий,
Ты учишься у японцев – среди толпы
Быть одиноким молитвенником Совершенства.

22.08.2003


9.

Узловатые стволы тысячелетнего
можжевельника – объёмная голограмма
Прикосновений мильонов ладоней –
Их косвенных песнопений, излучаемых
В регистрах вечного и божественного.

Неужели он помнит? Он раздвинул пространство узкое,
Междоузлия – память ствола, источившего запахи.
Между нами – лишь непрерывное прядиво
Ветра в мохнатых лапах дерева – существа
Из твердейшей музыки.

23.08.2003


10.

Я расчищаю пейзаж от черепашьего
Мельтешения тел, ползущих к воде и возле.
Мысленно так поступает каждый, кто нашего
Не переносит массового сумасбродства.

Но с другой стороны, то есть с моря,
мы выглядим чистыми выкупанными детьми,
И цена игрушек для игры на воде
Возрастает, а то, что на суше –
Заглушает мелодия саксофониста.

23.08.2003


11.

Представьте себе на асфальте пузатого дядю,
Складывающего из камешков пирамиду.
Здесь он естественен, как дитя безмятежного вальса
Волн набегающих – только чуть больше с виду.

Смотрите, вернулись, все мы наконец-то вернулись,
Купающие детей – невест и младенцев...
Что смог придумать Хеопс, и что его бог Анубис –
Пирамиду в песках – в том, без моря тоскующем сердце!

23.08.2003


12.

С некоторого времени перестаёшь замечать
Внешность людей – свет представляет кромешность,
Где фигуры – лишь сгустки энергии, боль их и нежность –
Только взрывы страстей, продолжающих излучать

Круговую волну – до бесконечной ряби
Перекрещенных траекторий, смешенье усилий и воль...
В темноте световой – мы точная копия волн
И слагаем стихии в морские – небесные хляби.

Так, рисующие моря или те, что в пространстве, как в море,
Всем собою проходят людскую и водную зыбь.
Их душа обретает текучую линию рыб,
Их внимание – хорда для волн, для любви и для горя.

25.08.2003


13.

Когда размазано движенье кисти,
И пятипалая становится листом
Девятипалым, по ветру при том
Трепещущим – в Шопене или Листе –

Тогда в романтике полдневный свет и стих
Ты признаёшь, как паруса признанье
В любви к томительному таянью названья
В безмерном помните, в рокочущем прости.

Кисть винограда, облачная гроздь,
Кисть живописца – сытная, как сотни
Сиюминутных взглядов (каждый – отнял),
Холст насыщается, как виноградом – гость.

27.08.2003


14.

Узник высот, заключенных в ограду
мертвого города, чертовых пальцев,
кто вышивал эту бухту меж пяльцев
каменных – шелком текучим – в награду

каждому взгляду – как будто владельцем
сердце становится, бой его редок,
чувствует: бьётся меж сердцем и сердцем
скал и прибоя, смирясь напоследок.

29.08.2003


15.

Лето катилось, как плод дикой груши,
Недосягаемый бренной корзине,
И застревало в заросшей долине,
В каменных осыпях жизни минувшей.

Души мерещились, духи бродили,
Переживая печаль голосами
Горного эха, где были мы сами
Частью пейзажа и долей идиллий.

29.08.2003


16.

Первооткрыватели становятся архетипами.
Жажда нас мучит и первозданности
Сладкий глоток – будто жизнь мы выпили,
Вкуса не вняв, в суете и бездарности.

Вот обнаженья причина Адамова:
Путь эмбриона – к волне и прибою…
Морем пловцы переписаны наново
Пламенной вязью, строфой голубою!

31.08.2003


17. Начало сентября

Бухта утренней ложкой зачерпывает осеннего супа,
Что заварил циклон – из-за гор вскипает варево
Облаков – но ещё солнце плавит волну и глупо
Верить в скорый конец… Ещё лёгкое летнее зарево

Освещает ныряльщика – только свет стал нежней и жемчужней,
И написанное с конца перелистывать сладко прибою –
Как дневник, где под каплями мерный гребень строфы обнаруживается
И выносит на берег алый камень – зовомый любовью.

1.09.2003


18. Сканый перстень

Остановите струи –
И они станут скани,
Плетущиеся в свете,
Как в налитом стакане.

Кто выпьет этот перстень
С нежнейшим сердоликом,
Кто успокоит сердце
Печальным базиликом?

Но всякий раз для взгляда
Глоток любви – согреться,
И дышит камень рядом,
Пульсируя, как сердце.

Присоединиться к группе на FaceBook

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа: Общедоступная · 1 785 участников
Присоединиться к группе
 

Наш канал на YouTube: