Русские традиции — Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Четвертый анекдот

вкл. . Опубликовано в Газыри. Гарий Леонтьевич Немченко

Гарий Леонтьевич Немченко

Летом 90-го в «Литературной газете» вышла полоса под крупно набранным, пугающим честной народ заголовком: «ШАШКИ К БОЮ ГОТОВЫ: ОСТАЛОСЬ НАЙТИ ВРАГА.» Само собою — о казаках, собравшихся рубить головы с пейсами.
Основой полосы была полная искажений, подставок, многозначительных недомолвок и откровенной брехни беседа со мной, в ту пору — «московским атаманом».
Кое-кто из старых знакомых после этой беседы перестал со мною здороваться. У тех, кто знал меня ближе, появился повод для бесконечных подначек.
Только Михаил Андраша, известный писатель-юморист, увидал в неоднозначном моем положении перст судьбы и предложил немедленно использовать это положение в практических целях: «Представляешь, как после этого пошел бы составленный тобой сборник казачьих анекдотов? Есть такие? Если нет — тебе предоставляется блестящая возможность их сочинить. И ты не только ответишь своим обидчикам, но и вообще многое прояснишь и заставишь людей смеяться… Тебе ли объяснять, что такое — во-время улыбнуться?»
Дело было в Голицыне, в уютном Доме творчества, где я корпел над переводом романа «Сказание о Железном Волке» своего кунака Юнуса Чуяко, адыгейца. Уже погромыхивало в Абхазии, я спешил, но живший в одной из соседних комнат Андраша был неумолим.
«Придумал — нет? — первым делом спрашивал, входя в комнату.— Пойдем погуляем: может, что-нибудь на ходу придет…»

Заставил меня в конце концов вспомнить старый анекдотец о том, как казак со своим дружком проводит день до вечера за столом с выпивкой и щедрой закуской, которую жена его подает посреди своих, которым конца не видать, тяжких хлопот. «Почему бы тебе не помочь ей?» — спохватывается увидавший, как она бьется с многочисленными детьми да с обширным хозяйством, друг казака, его собутыльник. «Да ты что это? — удивляется казак.— Вдруг завтра война, а я — не отдохнувши?!»
«Думай еще, — настаивал Миша.— Думай!»

Через несколько дней сказал ему:
«Молодой казак жалуется старому: не могу, дед! Глянешь, что творится вокруг, — и руки опускаются!» «Это ничего, внучек! — отвечает дед.— Лишь бы почаще опускались да в каждой бы руке — по нагайке!»

«Спецанекдот для Киселева, так! — тут же определил мудрый Миша: автором нашей залихватской беседы был киевский собкорр «Литературки» Владимир Киселев.— Поздравляю тебя: пошло дело. Но ты не расслабляйся: думай дальше.»
— Это тебе персонально, — сказал я через несколько дней.— По просьбе трудящихся, так сказать: может ли еврей стать казаком? Да, может, если обрезание ему шашкой делали…
— Годится, — одобрил Миша.— Давай-давай, я кажется, почти договорился с издателем…
Потом мы разъехались по домам, и мне пришлось брать билет уже до Майкопа, потом… Сколько всего потом при быстротечной теперешней жизни произошло!
О нашем с Мишей Андрашой договоре вспоминал лишь иногда, и то — как бы краем сознания, самым краешком…
Но вот на днях раздались короткие и настойчивые телефонные звонки, я снял трубку, и нарочито вкрадчивый голос осторожно спросил:
— Я правильно попал? Это Исаак Моисеевич? Батька Кондрат вас еще не разоблачил?! Ви — по-прежнему кубанский казак Гарий Немченко?
— Ах ты, старый антисемит! — радостно заорал я.— Здорово, Илюша!
— Наш агент в Иерусалиме донес, — сказал он там чрезвычайно серьезным тоном, — что на днях вам стукнет шестьдесят пять, но, несмотря на это, у вас по-прежнему не имеется казацкой шашки… неужели-таки это правда? Встречайте в таком случае кемеровский поезд, начальник в десятом вагон, звать Валерий Александрович — он вам от нас вручит.
От бессменного, значит, постановщика всех мало-мальски заметных в чумазом нашем Кузбассе праздников и непременного их ведущего, от фонтанирующего, даже когда спит, поэта и пародиста, талантливого хохмача, старинного кемеровского дружка, «морозоустойчивого сибирака» Ильи Ляхова — шашка первому московскому атаману, а?!
Но ведь и шашка — первая.
До друга Илюхи, до Ильи Яковлича, никто ведь подарить так и не удосужился: все на себя цепляют казачки, все — только о себе…
Лишь фантазер и пересмешник Илюха мог от сердца оторвать: для товарища… Или в том и дело, что она ему — ни к чему?
Был бы жив Миша Андраша!

Постскриптум:
Этот коротенький рассказик я, растрогавшись, написал еще до того, как встретил потом кемеровский поезд.
Вместе с завернутой в белую бумагу и хрустящий целлофан шашкой начальник поезда передал мне конверт, в который вложены были стихи:

Наш возраст
никуда никто не денет,
о прожитом нисколько не жалей.
Казак без шашки —
как…
еврей без денег.
Особенно
в столь славный юбилей!
Мы Немченко
давным давно узнали:
ты и сегодня к подвигу готов!
Размахивай
клинком кузнецкой стали,
руби по я…цам
клятых литврагов!
Как прежде,
молодым шагай сквозь годы,
у власть имущих
блага не моля,
наш юный
юбиляр седобородый!
Будь счастлив!
Обнимаю!
твой Илья.
Был бы жив Миша!

Метки: Книги Казачество. Казаки

Группа на Facebook

Facebook Image

Группа во вКонтакте

Канал на YouTube: