Русские традиции — Альманах русской традиционной культуры

Книги на сайте «Русские традиции»

Хочется кольнуть…

вкл. . Опубликовано в Газыри. Гарий Леонтьевич Немченко

Гарий Леонтьевич Немченко

На Северном Кавказе нету, пожалуй, городка, станицы, хутора, где в разных вариантах не повторяли бы одну и ту же историю: «Один русский был в гостях у своего кунака в горах (у ингуша, чечена, карачаевца и т.д.). Хорошенько выпили, закусили, русскому домой пора. Поехал кунак его провожать. Едут по ущелью, тропинка узкая, двум лошадям никак рядом. Вот русский едет впереди, а черкес (кабардинец, адыгеец и т. д.) сзади. Ну, едут себе, все нормально, вдруг балкарец ( даргинец, кумык и т. д.) и говорит: «Дай-ка лучше я первым поеду!» «Да пожалуйста! — русский отвечает.— А в чем дело?» «Да не могу тебе в спину спокойно смотреть! — с чувством восклицает кунак.— Как гляну — рука сама за ружьем тянется!»

Ну, и делается, конечно, многозначительный вывод: разве можно, мол, горцам верить?! Тут ухо надо востро держать!
А я тут как-то размышлял о наших местах, о том, что связано с ними — обо всем помаленьку, как говорится, и вдруг вспомнил об этом обычае, который у адыгов называется в переводе на русский примерно так: «хочется кольнуть.» А заключается он вот в чем. Если мальчишки играют в ножичек, и у кого-то из них кончик лезвия вдруг оказывается направленным на товарища, то он должен тут же бросить его тычком в землю, себе под ноги и сказать это самое:
«Хочется кольнуть.»

Это не то чтобы извинение, но как бы подтверждение того, что паренек знает правило — нельзя направлять нож на человека, — и правилу этому неукоснительно следует…
То же самое за адыгским столом: нож не должен лежать кверху лезвием либо к гостю острием.
И вот, как знать: не является ли эта байка насчет эмоционального кунака в каком-то смысле и подтверждением крепости традиции на Кавказе, и доказательством искренности… а что, что?

Кодекс чести очень высоко держит духовную планку, она, верхняя — как бы идеал, к которому должен настоящий джигит, настоящий рыцарь стремиться, и другое дело, как кому это удается.
Как удается нам всем.


Ходите гоголем !..

Сидение за компьютером окончательно искривило позвоночник, как выяснилось сначала из беседы с невропатологом, а потом — и с инструктором по лечебной физкультуре… как я столько лет мог ею пренебрегать?!
И вот когда разговорились с ним по душам, то кроме прочих советов он дал и такой: «Не считайте за труд каждый день хоть несколько минуток просто, без всяких упражнений, походить, расправив грудь — гоголем…»
В Майкопе под чистой от виноградных листьев и потому особенно четкой на фоне голубого неба решеткой взялся я опять ходить как по тюремному дворику — теперь уже «гоголем», будто попал в тюрьму по чрезвычайно важному делу — и вдруг подумал: а как ходил Николай-то Васильевич?.. Гоголь.
Вспомнил скульптуру во дворике дома, где он жил последнее время, откуда понесли его хоронить… Сидит печальный, свесив голову на грудь, смотрит страдающими глазами… Так ведь, поди, частенько и хаживал?
Не будем о грустном, решил, — не будем!
Снова расправил грудь, стала как у молотобойца… И через минуту-другую родились стихи:

Шел по улице пропойца,
грудь — как у молотобойца.
Отгадает кто-нибудь,
сколько он принял на грудь?

Скоро понесу, подумал, в «Наш современник», к Юре Кузнецову, подборку!

Метки: Книги Казачество. Казаки

Группа на Facebook

Facebook Image

Группа во вКонтакте

Канал на YouTube: