Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Articles Tagged ‘Стихи - Русские традиции. - Альманах русской традиционной культуры’

«Мысли ясной благодать…» Трагедия и грех русской философии

Душевная жизнь дана только во внутреннем
опыте, в субъективном переживании каждого
и для прямого наблюдения отвне недоступна,
достоверных объективных признаков не имеет.

П.Е.Астафьев

То, что наши сегодняшние проблемы и беды, впрочем, как и прошлые, являются главным образом не экономическими и даже не социальными, но, прежде всего, духовно-мировоззренческими, кажется, начинают понимать если не многие, то наиболее здравомыслящие люди, менее подверженные любым лукавым идеологическим поветриям. Их недоуменные и трезвые голоса, приглашающие к размышлению о сути теперь происходящего, конечно, тонут в неоидеологической и политической трескотне, но они раздаются, они все слышней.

Не в неудачных реформах дело, во всяком случае, не только в них. Их заведомый крах был ясен изначально, ясен по тем идеям, которые закладывались в их основу. А вот то, что они, несмотря на производимые ими разрушения в духовной и экономической жизни, все-таки продолжаются с завидным упорством и какой-то невменяемостью – это действительно вызывает ощущение коллективного иллюзиона или безумия. Как и то, почему те идеи, на которых не может существовать нормальное человеческое общество, на которых невозможно никакое благонамеренное житие, не только не насторожили людей, а большинством из них были расценены как единственно возможные и спасительные. Это несомненно свидетельствует об утрате нами каких-то основных, фундаментальных мыслительных навыков. Во всяком случае – о неразличении причинно-следственных связей.

Утрата смысла бытия, смысла жизни – вот беда поистине общенационального масштаба. Отрицание опустошает души и обезоруживает умы. И происходит это не по пресловутому «велению времени», которого смертным не надо знать, не по недосмотру, не из-за неразумности народа, а всецело вытекает из тех смысловых, мировоззренческих установок, которые избраны как основополагающие, причем избраны абсолютно произвольно, - не только не сообразуясь со своеобразием народа, строем его души и мысли, но вызывающе конфронтационно и даже агрессивно направленных на них.

IV Межрегиональный фестиваль православной песни и поэзии «Серебряная псалтирь» 13–14 октября 2007 г.

13 – 14 октября 2007 года во Дворце Культуры «Октябрь» г. Дубна Московской области состоится IV Межрегиональный фестиваль православной песни и поэзии «Серебряная псалтирь».
Организаторы фестиваля: Администрация г. Дубны, Храм Смоленской иконы Божией Матери, Дворец культуры «Октябрь».

Гости фестиваля:
Председатель жюри фестиваля - Народная артистка России Елена Камбурова (г. Москва),
Поэтическое жюри возглавит секретарь Союза писателей России Геннадий Иванов (г. Москва).
Священник Геннадий Ульянич (г. Тверь), Людмила Кононова (г. Вятка),
Николай Колычев (г. Мурманск), Наталья Пискунова (СПб),
Светлана Копылова (г. Москва), Ирина Леонова (г. Москва),
Владимир Чернов (г. Москва), Борис Щеглов (г. Москва),
Егор Стрельников и ансамбль гусляров «Живая вода» (г. Ростов Великий),
Галина Пухова и Михаил Приходько (г. Москва), лауреаты и дипломанты I, II, III фестивалей.

Автомобили с удовольствием мыли днища

Автомобили с удовольствием мыли днища,
Бегая, как собаки в прибое или дети в ручьях.
Два месяца в признаке «небо» записывали: «голубое»,
Но тыщу мазков лазури сменил океанский взмах,

Прорвавшийся с запада… Незримые, шли атланты,
Тряся наши жёлтые кроны, и падали вглубь сердца,
Как ласточки в глубь колодцев – осенние транспаранты
Срывал, как надежды, ветер и не открывал лица

Полдневного бога – мир, заждавшийся, как матросы —
Обещанных странствий, вдруг услышал под днищем плеск
И в письмах дождя отчалил… И все на полях вопросы
Взлетели, чтоб птичьи стаи заполнили высь небес.

Ансамбль Покровского и друзья. Русская поэзия в музыке ТКЗ "Дворец на Яузе" 12 декабря 2009

В рамках концертного абонемента «Ансамбль Покровского и друзья» ансамбль Дмитрия Покровского приглашает на концерт «Народная поэзия в авторской музыке».
Солисты оркестра Московского Музыкального театра им. К.С.Станиславского и Вл. И.Немировича-Данченко под управлением Феликса Коробова в программе «Курские песни» Г.Свиридова, вокальные циклы И.Стравинского, песни и наигрыши Курской области.
Ансамбль Дмитрия Покровского известен публике не только как коллектив, который 35 лет назад впервые вынес на сцену подлинный фольклор, но и как интересный интерпретатор авторской музыки, работающий с самыми разными музыкальными коллективами, музыкантами, композиторами, артистами.

Концертный абонемент «Ансамбль Покровского и друзья» подарит уникальную возможность присутствия при рождении самых неожиданных творческих союзов.
Москва, площадь Журавлева, дворец на Яузе. м. Электрозаводская. Начало в 19:30.
Тел. (495) 645-2245. Цена билетов от 350 до 650 руб.

Аркаим. В этом слове голос предков

Аркаим, Аркаим…
В этом слове голос предков…
Он нередко раздаётся
Из земных глубин, курганов
В нас, непомнящих Иванах
И зовёт нас посмотреть –
Что на этом свете было,
Есть и будет после нас…

Б.Березовскому

Мама Б.Б. разродилась в России,
Сына - еврея стране подарив.
Бережно роды врачи принимали:
«Баксы» лежали в карманах у них.
Сыпались доллары в школе учителю,
Чтобы там мальчика «love»,
И в институт поступил стремительно,
Взятку богатую дав.
С каждым годом мужал комсомолец Б.Б.,
С М.С.Г. был одной он масти.
Старший младшему пообещал
Много денег (после прихода к власти).
Но недолго стоял М.С.Г. у руля. Вот бля!
Зашаталась под ним и разверзлась земля:
Е.Б.Н. отодвинул генсека с поста,
Предварительно дав миллионов с полста.
М.С.Г. запасною обоймою стал,
Ненадолго с политгоризонта пропал.
Е.Б.Н. институт олигархов создал,
Для начала им пол России отдал.
Началась «прихватизация»
И заплакала русская нация…
Олигархи друг с другом не ладили,
Меж собою друг другу гадили.
Не любили евреи евреев
Больше всего на свете,
И Б.Б. вдруг конкретно понял:
В России ему больше не светит.
А, чтобы не случилось катастрофы -аварии,
Денежки свои переправил в Швейцарию,
Сам же, по собственному желанию,
Направился в Великобританию.
Стал там непризнанным олигархом -поэтом,
А из России все едут к нему за советом:
Коммунисты, рецидивисты,
Руководители партий и всяких там хартий;
И «Сегодня» и «Завтра» и послезавтра…
Б.Б.всех гостей привечает,
На вопросы с умом отвечает.
Но больше всего вопросов у великороссов:
Б.Б., сколько денег в России наворовал
И до сих пор не отдал?

Баба. Подвенечное платье надену

Подвенечное платье надену
И фату будет ветер качать
Эти дни будем помнить с тобою
Часто будем о них вспоминать

Я совсем ведь ещё молодая
В моем сердце пылает огонь
И душа,словно рваная рана
Но меня мой любимый не тронь

Я давно уж об этом мечтала
И порою заснуть не могла
Я тебя столько дней ожидала
Этой встречи с надеждой ждала

Безоблачное тело дня — разоблачённым

Безоблачное тело дня — разоблачённым
Нам предстоит — вернее, возлежит,
Вздыхая зрелый хлеб… И чёрный ворон
Нагую безмятежность сторожит.

В раю, где нет одежд — одна надежда:
Что так пребудет до конца веков…
Не писана история, но между —
Она глядит — из трав черновиков

Божественных… И спелые прокосы
Готовы зёрна обратить в помол
В начале августа — где задают вопросы
И красят здания церквей, дворцов. И школ.

Белее белого, быть может, луч в снегу

Белее белого,
Быть может, луч в снегу
Искрящийся, иль белый лист бумаги
Средь призрачного утра на лугу,
Где лишь задуманы —
Стихи, холмы, овраги…
Ещё – протяжный самолётный гул,
Глубь измеряя белопенным следом,
И кучевого облака огул,
И белый конь, внизу бегущий следом.

О, белое, как лепет простыней,
Развешанных за тыщу дней отсюда,
Как простыня экрана – и на ней
Предчувствие, что жизнь – это чудо.

Большевизмы

Р.В.А.

Твоё «ведическое» знамя
Не поведёт уж никого
Мы знаем - ложное оно.
Раньше были невест смотрины,
Теперь - мировоззренческие доктрины.
Родится такая надуманная доктрина
И русская нация окажется
В прострации…
Такие национальные интересы
Могут понравиться только бесам…
А на вопрос: зачем жить?
Есть ответ: надо Бога любить!
Раб - от слова «работать»,
Нужно душу свою воспитать.
И святыми рабы бывают,
Богу душу готовы отдать…
А стоять на коленях не стыдно.
Важно знать - перед кем.
Умереть можно лёжа и стоя,
Отдавая отчёт - что ж затем?
Про иуд ещё говоришь ты,
Почему -то мешая с Христом.
Должен знать ты, как иудеи
Наградили Христа крестом…
И, похоже, политэкономия
Злую шутку сыграла в твоей судьбе -
Не забыл ты ещё и Ленина,
И ученье Маркса живёт в тебе;
Прорывается в виде «ведизма».
А от «ведизма» до «большевизма»
Рукой подать…
Остаётся вопрос a>priori:
Что рождается прежде:
Партия или теория?

Борис Проталин – парень бравый

Б.П.

Борис Проталин – парень бравый,
Но, незаметно повзрослел.
Года не шутка! Что вы, право…
Господь сто лет прожить велел!

Велел ему сопротивляться
Невзгодам, бедам, холодам…
А на охоту отправляться,
Беря с собою двух, трёх дам…

Но он презрел неба советы –
С собою взял лишь ружьецо.
Проталина с охоты нету –
Забыли мы его лицо…

Быстрые реки. Брошен камень у чёрного поля

Брошен камень у чёрного поля
Тупить косы, ножи опашной,
Чтобы косы, на дне захиревши,
Перегнулись под пеной речной

Камня кровь не стирает пучина -
Камень тёсен Луной в серебре:
Перекатит с теченьем кручины,
Оставляя круги на воде.

Каждым шагом к тёплому берегу -
Заводь тихой реки роковой.
Капли верно меняют теченье,
Тихий омут вспучился смолой!

В день 8-го марта. Люблю я праздник ваш весенний

Люблю я праздник ваш весенний
Люблю улыбку женских лиц
Люблю я птиц весенних трели
Люблю тебя за это жизнь!

Пускай поют весною птицы
Пускай мужчины дарят вам цветы
Пускай всегда, везде и всюду
Вы были вместе, они и я, и ты

Весною раннею повеяло сегодня
Теплом согрелася душа моя
Я шлю вам, дорогие, поздравленья
Цветы, улыбку, сердце только для тебя!

В деревянном старом доме

В деревянном старом доме
Мы ночуем на соломе,
В этом доме домовые
До утра в сенях стучат.
Что-то очень дорогое
И родное сердце ловит
Друг у друга в потонувших
В черном омуте очах.
Не спугнуть бы только словом,
Даже вздохом, даже думой
Из глубин души поднявшееся
Чистое тепло.
Много лет назад за Волгой
Или, может быть, под Тулой
Пролилось оно на сердце
И на дно его легло.
Мы его похоронили,
Нам казалось, и надолго
Заросло оно рубцами
От густых житейских драк.
Но теперь опять под Тулой
Или, может быть, за Волгой
Поднялась святая память
В деревенский добрый мрак.
Нам бы утром да при солнце
Улыбнуться бы друг другу
И запомнить, и запомнить
Полуночные глаза.
До свидания, деревня,
До свиданья пятый угол,
Там, где теплится лампада
И темнеют образа.

В каком краю, не зная слов

В каком краю, не зная слов,
Не ведая пути,
Бредёт душа, и шлют послов,
Велев её найти.

И скачут всадники, томясь
Невнятицей дорог,
Им нынче щедро платит князь,
Но завтра взыщет – строг.

И зыбкой гостьи силуэт
Им кажется в любой
Из встреченных – но снова нет…
Уходит так любовь!

В начале зимы. Не сомневайтесь, начиная бег

Не сомневайтесь, начиная бег
По неизвестности, где звонок голос наста,
Там в скачке сосен – каждая гриваста,
И лес-табун бежит всегда к себе

И мимо – вот душа у обстоятельств!
Как римский хор, как призраков хорей —
Они повсюду – обступив и спятив,
И воплотившись в память в декабре.

Одушевлённым временем пространства —
Повсюду следуя, накинуты, как сеть,
И тело жизни излучает свет,
Сквозя в плетёнке их теней и страсти.

В Париж, в Париж!

(Басня)

Однажды две лягушки днем
Ловили мошек языком.
Устав, однако, от болотной жижи
Мечтать вслух стали о Париже.

«Опять хочу туда. Там чистая вода», -
Заквакала мечтательно одна,
Осоловевшая от кушаний, лягушка
«Ведь там у них всегда

Французская еда!
Не то, что мошки здесь,
Которых тошно есть, -
Ей вторила подружка.

В плацентах планет зародившийся трепет

В плацентах планет зародившийся трепет
И лепет, затем превратившийся в речь
О, сколько гончар разминает и лепит,
И в горне разводит огонь, чтоб обжечь.

Им найдена форма, где образ есть голос,
И воля подобья находит уста,
Из плинфы безгласной ответами множась
Тому, кто поверил, что жизнь – пуста.

Под черепом неба, как купол, пространным,
Под куполом храма, услышавшим нас,
Кто нам отвечает — рифмует так странно
Поющего храма душа – резонанс…

В поход собирайсь! Есть такой мультик

Видеоклип ансамбля Казачий КругъДля нас важнейшим из искусств, безусловно, является песня. Но и к кино, понятно, определенная любовь тоже имеется. Прежде всего, ввиду его потрясающей «зоне покрытия» и «чистоте приема». Поясню. Стоит какую-нибудь лабуду, отснятую на пленку, показать широкому зрителю, как вся страна начинает либо смеяться, либо плеваться (в последнее время второе случается почему-то чаще). Или наоборот, показали народу жизнь и вправду Хорошего Человека – задумались люди, так ли мы живем. В этом плане показательнее всего дети – они буквально на лету схватывают все из мультиков. И плохое и здоровое, в зависимости от содержания фильма.

Так вот, была у нас, может быть, простоватая сама по себе, но уж больно привлекательная мечта – чтобы песни наши прозвучали с широкого (т.е. массового) экрана не как некое за уши притянутое приложение к совершенно постороннему сюжету, а как полноправный участник картины. Ведь казачьи песни – какую ни возьми – не просто сюжет, а драматическое время, яркое действие и славные люди из необъятной нашей истории. А красота, сила и правда слова! Но видно, зреет еще такой режиссер, который сможет слить в единое целое душу народа – песню – и зримый образ его героических сынов, которыми, по сути, эта песня и была создана. Ждем. Потому как точно знаем – непременно зреет.

А пока ждем – почему не попробовать себя в «малых формах»? И задумали мы сделать видеоролик «малобюджетный», как принято говорить, без масштабных батальных сцен и взрывов, но чтобы песню можно было бы не только услышать, но и увидеть.

В узких кругах и провальных квадратах

В узких кругах и провальных квадратах
О, как мы жаждем фигуры иной —
Лёгкого сердца и воли одной,
Облака, света и взмахов крылатых!

Длится и снится, и полнится жизнь,
Ясная радость гнездится в печали,
Лёгкое сердце – вот правда вначале,
И расписались в той правде стрижи –

Там, выше наших кругов и крадратов,
В синих стихах полудённых глубин —
И неделима душа, как остаток

В хлебах. В ночном лугу

Опять во всем душа заговорила,
Запело сердцу близкое во всем,
Кому что дорого, кому что мило...
Шуршит безмолвье гречкой и овсом.

Кузнечики куют неутомимо.
И перепел всего не перепел.
И человеческое все не мимо.
Насущный хлеб мой колосист и спел.

Нетерпеливая моя дорога к стану.
Зазывные над нею провода.
И кажется, что старым я не стану
И не расстанусь с жизнью никогда.

В чашу Байкала

В чашу Байкала
Слезинка упала.
Мы вас провожали в поход

У кромки причала
Чайка кричала
Любимица ветров и вод.

Окрестные ели
Под ветром шумели
И дни чередою прошли.

Вы много успели,
Байкал осмотрели,
Себя невзначай превзошли.

В честь юбилея Капиталины Михайловны

Отшумело лето зелёною листвой
Душистым разнотравьем, красотой земной
И настала осень, засиял расцвет
Капа появилась в этот день на свет.

И не кто не думал, что господь послал
Русскую красавицу нам на радость дал
Доброты немерено, красоты земной
Хрупкою да смелою, хоть иди с ней в бой.

Аккуратной, нежной, шустрою такой
Труженицу честную, с открытою душой
С друзьями всегда и в горе, в добрый час
И где такую сыщешь, сегодня вы у нас?

В этом ветре мы будем лететь

В этом ветре мы будем лететь,
Сквозь покой ощущая потоки,
В этом небе, где все одиноки,
Как покинувший город рассвет.

В этой влажности, чей язык –
Это зверя язык непродажный,
Чтобы всё нам простить, он возник,
Слёзы слизывая протяжно.

Мы в канале, хранящем, как взвесь,
Отражений туманных частицы,
Возникают в беспамятном здесь
Позабытые земли и лица.

Вас, братья далёкие, ищет мой взор… Русско-кавказская цивилизация

Русско-кавказская цивилизация

«Вас, братья далёкие, ищет мой взор…»

Выходу этой книги, по всем внешним признакам, следовало бы только радоваться. Имею в виду довольно внушительный по объёму сборник рассказов северокавказских писателей «Война длиною в жизнь» (М., Фолио, 2007), составленный известным писателем Гарием (Гурием) Немченко, выпущенный при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в рамках Федеральной целевой программы «Культура России». Издание организовано Фондом социально-экономических и интеллектуальных программ (Фонд С.А.Филатова).

Радоваться выходу этой книги следовало потому, что она находится, вроде бы, в общем русле предпринимаемых ныне усилий по воссозданию единого культурного пространства на основе русского языка, как языка межнационального общения, который «доказал свою способность объединять все сопряжённые с русской национальные культуры» (Улданай Бахтикиреева, «Литературная газета», № 41, 2007). Пагубность же разрушения единого культурного пространства в наши революционно-демократические годы, причём, для всех без исключения литератур, в том числе и для русской, кажется, наконец-то осознаётся.

Венок со(м)нетов для Валеры

Магистрал

Всегда в седле юнец, и лишь старик – по свету.
А он нам всё видней, как прежде – золотой.
Лишь промысел – алхимик жизни той,
Его реторты знают: плоти – нету.
Расчерчен циркулем дитяти мир: планеты,
Арены атомов и ореолов зной.
Как просто жизнь становится золой,
Архитектура – смысл слов, поэты!
Простые истины, заполнившись огнём,
Шалят, как дети, жизнь переменяя.
Аскет, открывший дверь, вдруг видит свет из рая,
И мир живёт, пока мы думаем о нём!

1.

Вернись в Сорренто наших юных дней

«Вернись в Сорренто» наших юных дней
Или хотя б присядь на Ветку в мае.
Жизнь безвозвратна, это понимаем:
Она река, и мы живём на ней.

Но здесь, на берегу, как век назад,
Всё в тех же травах, маем возрождённых,
Как чудо жизни, новый жеребёнок
Играет, радуя усталый взгляд.

Ты сон, Италия, сиянье чёрных глаз,
Бель-канто, что сердец не миновало,
Вода времён лилась и танцевала,
В родстве любви благословляя нас.

Весна. Жаворонки уж запели

Жаворонки уж запели
Приутихли и метели
И капелей больше нет
Светит яркий солнца свет

Просыпаются и почки
Потеплее стали ночки
Грязь и слякоть у двора
Гурьбой гуляет детвора

Пробивается подснежник
У дороги на лугу
Я стою цветком любуюсь
Сдержать радость не могу.

Ветеранам. А вас всё меньше остаётся

А вас всё меньше остаётся
Вы фронтовые мужики
За Россию-мать сражались
И честь с достоинством несли.

Уходят бывшие надежды
Таланты родины моей
Уходят верные герои
Плеяда славных сыновей

Страну родную защищали
Отвагу, мужество несли
И тыл надёжно прикрывали
Лишь вдовы, дети, старики

Внезапно маленькая тень

Внезапно маленькая тень
Мелькнула возле глаз сквозь тени
Сквозных, изменчивых растений,
Внося ин тригу в летний день.

О, дух охотника, до слов
Мгновенно тень опознавая,
Мелькнула мысль: она живая,
где время садом заросло.

Кто: птица? Яблоко? Зверёк? —
Вплетён в ажур ассоциаций,
Кто здесь не пожелал остаться,
Как струйка, брызнул и утёк?

Вновь зима принесла нам метели

Вновь зима принесла нам метели
Запорошила стёжку в саду
По дорожке, что рядом ходили
Я с тобою теперь не пройду

Снег в ладошках давно уж растаял
И его мы не сможем вернуть
Не зацветут нам бумажные розы
Свежий запах душе не дадут

Всё хорошее в жизни умчалось
И в душе видно лето прошло
Отшумели снега и метели
На душе стало горько, темно!

Возвращаясь к теме…

Две фары вазу оробелую
Несли сквозь полночь, в хрустале
Метель цвела, как роза белая,
На лобовом стекле.

Цветок слепил и символической
В стихах повязан был роднёй,
И наутилус металлический
Плыл в глубине ночной

Беззвёздной ночи, если звёздами
В луче – метели не считать,
И возвращаться было поздно нам,
Одно – сердца считать.

Воины слов

Гортанью изваянных истин
Всё жжётся и плавится плоть.
Ваятель – воитель неистов,
Он ищет, чем нас побороть.

И воины звука волною
На слух совершают набег,
И каждое слово сурово
И дико, как печенег.

Как будто из пасти дракона
Опасный восходит посев,
И колья гнилые закона
Шатаются, наземь осев.

Воспоминание. Листаю альбом я семейный

Листаю альбом я семейный
Гляжу я на лица друзей
И сердце забьётся тревожно
Где же ты юность теперь?

Припев: Прошлое, прошлое, прошлое
Прошлое жизненный путь
Прошлое к нам не воротится
А как бы хотелось вернуть!

На лице появились морщинки
Виски серебрит седина
Бабушкой стала любимая
Дедом зовут все меня.

Воспоминание. Слова скользили змейкой

Слова скользили змейкой, и хвосты
Причастий издавали нежный шелест
Чешуек о траву… И бог был – Велес,
Его свирель играла наяву.

Рождался звук из хрупкой скорлупы
Молчания и замкнутого смысла –
Был птицей он, и золотая пыль
На перьях, только что рождённых, висла.

Ручьём перетворяясь и лучом,
В ручье играющим, как бог весть чей ребёнок,
Неслась строка – но ведомо о чём –
Что смысл жизни непрерывно тонок!

Восходя – по ручью, по реке, по строке

Восходя – по ручью, по реке, по строке,
Где холмы – словно чаши в весах,
Нежно чувствуешь: сердце, как птица в руке
Восходящего в небеса.

По тропе  среди трав,  где не бродит коса,
И легко смеясь – ибо свет
Всё сильнее в груди, всё синей небеса,
И всё больше их там, где нет

Обстоятельств, нарезавших жизнь, как пирог,
И вселивших нас в мир углов…
Тень кругла первозданно, и сети строк
Свой незримый несут улов.

Вот деревня моя дорогая

Вот деревня моя дорогая
Что живет с распростертой душой
здесь цветут в огороде тюльпаны
Расстилается запах лесной

Соловьи здесь поют до рассвета
Бирюзой зеленеет трава
Над рекой веселятся девчата
И гуляют всю ночь до утра.

Здесь гармошки поют веселее
Звуки вальса плывут над водой
Я природой хочу любоваться
Дорогая моя, лишь с тобой

Вот остов каменный, нагой

Вот остов каменный, нагой,
Руины – зданий цель!
И, приминая дрок ногой,
Идём сюда в конце

Дороги – там, где поздний зной
В цветочной спит пыльце,
Где солнце чувствуешь спиной —
Как вести о творце.

Да, поздний путник есть изгой
Дворцов, он помнит цепь
Событий – но обрёл покой
Свет на его лице.

Вот скрылась за пшеницею деревня

Вот скрылась за пшеницею деревня,
Лишь перекличка петухов слышна,
А поверху —
Шумят, шумят деревья,
А понизу —
Густая тишина.
Ещё как будто не обсохнув с ночи,
В тени зеленой солнце моросит,
И сушь соломенная не стрекочет,
И холодок соцветиями сыт.
И с крупной солью хлеб домашний лаком,
И мягок и прохладен мрак земли.
Просторно дышится корням и злакам,
Тем лепесткам, что стежку замели.
И светит длинным колосом пшеница,
И полосы лесные вдоль дорог...
И словно б нам —
Любиться,
Да жениться,
Да жить и жить
Не для себя лишь впрок.
Да знать, что мы — опора и надежда
Разросшейся защитной полосы...
Прилипла к телу мокрая одежда.
Иду, по пояс темный от росы.

Всё будет несравненно удачнее – в этот раз

Всё будет несравненно удачнее – в этот раз:
Лошадь – не понесёт, и птица – не попадёт в турбину
Воздушного лайнера – мы выберем путь единый,
Отмеченный вехами ста придорожных глаз.

И, может, тысячи, зависит всё от рессор
Кареты, лендровера или – воздушного шара,
Я вербой прикинусь – и ты промелькнёшь, пожалуй,
Скользнув по листве собеседника наших ссор.

Ты знаешь, я выздоровлю – поздний космос мой —
Он – над головой – красноречивой бездной.
Если я зачитаюсь стихами и вовсе исчезну,
Знай: что путников всех ждёт дорога домой.

Всё, что не художник – его модель

«Всё, что не художник – его модель»,
Став натурой, жизнь взирает пусто:
Статуя слепая – где искусство?
Толчея предметов и людей.

Но – смиренно находясь внутри,
Тон один храня, не видя смысла,
Нота сердца измеряет числа
И бессонно сохраняет ритм.

Кисть ударила – безумствует мазок,
На холсте пульсируя безмолвном…
Текст утрачен – но единым словом
Помнит гул и напряженье строк.

Второй Фестиваль православной песни и поэзии 7-9 октября в г. Дубна Московской обл.

Место проведения Фестиваля: Россия, г. Дубна, Московская область, ДК «Октябрь» (левобережная часть города), пл. Космонавтов.
Проезд: из Москвы элетропоездами или автобусом с Савеловского вокзала (расписание на сайте города Дубна) до ст. Большая Волга или Дубна, далее автобусами или маршрутными такси №№ 1, 3, 6, 7, 11, 12 до ост. маг. «Мелодия», далее пешком по ходу автобуса до пересечения с ул. Ленина, повернуть налево и идти до площади Космонавтов, где и находится здание ДК «Октябрь».

Выстраивая день как танец

Выстраивая день,
Как танец, ибо в нём
Молчит, кто одинок,
Оставив лишь движенья

На лоне музыки,
Где август и скольженье
Теней тревожных —
Запад и восток.

Здесь, в одиночестве,
Имеешь их в виду
Весь день, и ветер
Мир насквозь проходит,

Вышел в свет новый диск песен Вячеслава Асанова на стихи Юрия Ключникова

Все, кто интересуется народной песней, традиционным фольклором, хорошо знают Вячеслава Асанова, члена Союза композиторов, вице-президента Российского фольклорного союза, участника многочисленных фестивалей, семинаров, имеющих отношение к традиционной народной культуре.

Замечательный педагог, музыкант, воспитавший большое количество истинных любителей песни, руководитель фольклорной студии традиционной сибирской пенсии, клуба традиционного танца «Крутуха», о котором он нета к давно очень интересно рассказал корреспонденту газеты «Аргументы недели», Вячеслав Асанов известен людям фольклорного движения своими разносторонними музыкально-педагогическими и просветительскими талантами. Однако он менее известен как композитор, сочиняющий музыку на стихи современных поэтов.

Между тем, Асанов, учившийся у такого всемирно известного сибирского композитора как Аскольд Муров, как выяснилось, сам оказался очень интересным композитором. Недавно увидел свет диск «Душа моя, поднимем паруса!», на обложке которого можно прочитать название: «Песни Вячеслава Асанова на стихи Юрия Ключникова».

Гнёзда. В средостении сердца

1.

В средостении сердца
И в самом гнезде тишины,
Той, что слушает звуки,
Как птица на крапчатых яйцах,
Зная сроки свои,
Ждёт душа дорогих постояльцев —
И щелчок изнутри,
Что они появиться должны.

Благовещенье – дверь,
Но иначе пришельцы твои
Из другого пространства
Являются в божьих скорлупах…
Мы – лишь плаванья образ,
Как преднамеренно хрупок
Межпланетный кораблик,
Хранимый посредством любви.

Голосники

Горшки – кувшины,
вмазанные в стены древних храмов,
эхом умножали человеческие голоса

В плацентах планет
Зародившийся трепет
И лепет, затем
Превратившийся в речь –
О, сколько гончар
Разминает и лепит,
И в горне разводит огонь,
Чтоб обжечь.

Им найдена форма,
Где образ есть голос,
И воля подобья находит уста:
Из плинфы безгласной
Ответами множась
Тому, кто поверил,
Что жизнь – пуста.

Горели высокие свечи

Горели высокие свечи,
И служка снимал с них нагар.
Подняв угловатые плечи,
Священник кадилом махал.

Вдыхал я душистые струйки,
Торжественно пела душа.
Слагая молитвенно руки,
Я жить обещал не греша.

Был день Иоанна Предтечи,
Повсюду: по кругу и в ряд -
Горели высокие свечи…
Высокие свечи горят.

Горит вечерняя слюда

Горит вечерняя слюда
Излучины… Дорога к броду
Ведёт в одну и ту же воду
Вчера, сегодня и всегда.

Но ты, изменчивый поток,
Сканируя тела и жесты,
Нас переносишь, словно вести,
Как стих несёт теченье строк.

Плывёт и тает полоса,
Нас между строк читает речка,
И информации утечка
Уходит прямо в небеса.

Грусть. В этот вечер весенний

В этот вечер весенний
Вся природа поет
Ну, а мне что-то грустно
Грусть за горло берёт

Перехватит мне душу
Почему не пойму
Видно все я заброшу
И к тебе прибегу

Прибегу даже ночью
В непроглядную тьму
Подниму я с постели
К сердцу нежно прижму

Группа на Facebook

Facebook Image

Группа во вКонтакте

Канал на YouTube: