Русские традиции - Альманах русской традиционной культуры

Articles Tagged ‘Стихи - Русские традиции. - Альманах русской традиционной культуры’

IV Межрегиональный фестиваль православной песни и поэзии «Серебряная псалтирь» 13–14 октября 2007 г.

13 – 14 октября 2007 года во Дворце Культуры «Октябрь» г. Дубна Московской области состоится IV Межрегиональный фестиваль православной песни и поэзии «Серебряная псалтирь».
Организаторы фестиваля: Администрация г. Дубны, Храм Смоленской иконы Божией Матери, Дворец культуры «Октябрь».

Гости фестиваля:
Председатель жюри фестиваля - Народная артистка России Елена Камбурова (г. Москва),
Поэтическое жюри возглавит секретарь Союза писателей России Геннадий Иванов (г. Москва).
Священник Геннадий Ульянич (г. Тверь), Людмила Кононова (г. Вятка),
Николай Колычев (г. Мурманск), Наталья Пискунова (СПб),
Светлана Копылова (г. Москва), Ирина Леонова (г. Москва),
Владимир Чернов (г. Москва), Борис Щеглов (г. Москва),
Егор Стрельников и ансамбль гусляров «Живая вода» (г. Ростов Великий),
Галина Пухова и Михаил Приходько (г. Москва), лауреаты и дипломанты I, II, III фестивалей.

Автомобили с удовольствием мыли днища

Автомобили с удовольствием мыли днища,
Бегая, как собаки в прибое или дети в ручьях.
Два месяца в признаке «небо» записывали: «голубое»,
Но тыщу мазков лазури сменил океанский взмах,

Прорвавшийся с запада… Незримые, шли атланты,
Тряся наши жёлтые кроны, и падали вглубь сердца,
Как ласточки в глубь колодцев – осенние транспаранты
Срывал, как надежды, ветер и не открывал лица

Полдневного бога – мир, заждавшийся, как матросы —
Обещанных странствий, вдруг услышал под днищем плеск
И в письмах дождя отчалил… И все на полях вопросы
Взлетели, чтоб птичьи стаи заполнили высь небес.

Ансамбль Покровского и друзья. Русская поэзия в музыке ТКЗ "Дворец на Яузе" 12 декабря 2009

В рамках концертного абонемента «Ансамбль Покровского и друзья» ансамбль Дмитрия Покровского приглашает на концерт «Народная поэзия в авторской музыке».
Солисты оркестра Московского Музыкального театра им. К.С.Станиславского и Вл. И.Немировича-Данченко под управлением Феликса Коробова в программе «Курские песни» Г.Свиридова, вокальные циклы И.Стравинского, песни и наигрыши Курской области.
Ансамбль Дмитрия Покровского известен публике не только как коллектив, который 35 лет назад впервые вынес на сцену подлинный фольклор, но и как интересный интерпретатор авторской музыки, работающий с самыми разными музыкальными коллективами, музыкантами, композиторами, артистами.

Концертный абонемент «Ансамбль Покровского и друзья» подарит уникальную возможность присутствия при рождении самых неожиданных творческих союзов.
Москва, площадь Журавлева, дворец на Яузе. м. Электрозаводская. Начало в 19:30.
Тел. (495) 645-2245. Цена билетов от 350 до 650 руб.

Аркаим. В этом слове голос предков

Аркаим, Аркаим…
В этом слове голос предков…
Он нередко раздаётся
Из земных глубин, курганов
В нас, непомнящих Иванах
И зовёт нас посмотреть –
Что на этом свете было,
Есть и будет после нас…

Б.Березовскому

Мама Б.Б. разродилась в России,
Сына - еврея стране подарив.
Бережно роды врачи принимали:
«Баксы» лежали в карманах у них.
Сыпались доллары в школе учителю,
Чтобы там мальчика «love»,
И в институт поступил стремительно,
Взятку богатую дав.
С каждым годом мужал комсомолец Б.Б.,
С М.С.Г. был одной он масти.
Старший младшему пообещал
Много денег (после прихода к власти).
Но недолго стоял М.С.Г. у руля. Вот бля!
Зашаталась под ним и разверзлась земля:
Е.Б.Н. отодвинул генсека с поста,
Предварительно дав миллионов с полста.
М.С.Г. запасною обоймою стал,
Ненадолго с политгоризонта пропал.
Е.Б.Н. институт олигархов создал,
Для начала им пол России отдал.
Началась «прихватизация»
И заплакала русская нация…
Олигархи друг с другом не ладили,
Меж собою друг другу гадили.
Не любили евреи евреев
Больше всего на свете,
И Б.Б. вдруг конкретно понял:
В России ему больше не светит.
А, чтобы не случилось катастрофы -аварии,
Денежки свои переправил в Швейцарию,
Сам же, по собственному желанию,
Направился в Великобританию.
Стал там непризнанным олигархом -поэтом,
А из России все едут к нему за советом:
Коммунисты, рецидивисты,
Руководители партий и всяких там хартий;
И «Сегодня» и «Завтра» и послезавтра…
Б.Б.всех гостей привечает,
На вопросы с умом отвечает.
Но больше всего вопросов у великороссов:
Б.Б., сколько денег в России наворовал
И до сих пор не отдал?

Баба. Подвенечное платье надену

Подвенечное платье надену
И фату будет ветер качать
Эти дни будем помнить с тобою
Часто будем о них вспоминать

Я совсем ведь ещё молодая
В моем сердце пылает огонь
И душа,словно рваная рана
Но меня мой любимый не тронь

Я давно уж об этом мечтала
И порою заснуть не могла
Я тебя столько дней ожидала
Этой встречи с надеждой ждала

Безоблачное тело дня — разоблачённым

Безоблачное тело дня — разоблачённым
Нам предстоит — вернее, возлежит,
Вздыхая зрелый хлеб… И чёрный ворон
Нагую безмятежность сторожит.

В раю, где нет одежд — одна надежда:
Что так пребудет до конца веков…
Не писана история, но между —
Она глядит — из трав черновиков

Божественных… И спелые прокосы
Готовы зёрна обратить в помол
В начале августа — где задают вопросы
И красят здания церквей, дворцов. И школ.

Белее белого, быть может, луч в снегу

Белее белого,
Быть может, луч в снегу
Искрящийся, иль белый лист бумаги
Средь призрачного утра на лугу,
Где лишь задуманы —
Стихи, холмы, овраги…
Ещё – протяжный самолётный гул,
Глубь измеряя белопенным следом,
И кучевого облака огул,
И белый конь, внизу бегущий следом.

О, белое, как лепет простыней,
Развешанных за тыщу дней отсюда,
Как простыня экрана – и на ней
Предчувствие, что жизнь – это чудо.

Большевизмы

Р.В.А.

Твоё «ведическое» знамя
Не поведёт уж никого
Мы знаем - ложное оно.
Раньше были невест смотрины,
Теперь - мировоззренческие доктрины.
Родится такая надуманная доктрина
И русская нация окажется
В прострации…
Такие национальные интересы
Могут понравиться только бесам…
А на вопрос: зачем жить?
Есть ответ: надо Бога любить!
Раб - от слова «работать»,
Нужно душу свою воспитать.
И святыми рабы бывают,
Богу душу готовы отдать…
А стоять на коленях не стыдно.
Важно знать - перед кем.
Умереть можно лёжа и стоя,
Отдавая отчёт - что ж затем?
Про иуд ещё говоришь ты,
Почему -то мешая с Христом.
Должен знать ты, как иудеи
Наградили Христа крестом…
И, похоже, политэкономия
Злую шутку сыграла в твоей судьбе -
Не забыл ты ещё и Ленина,
И ученье Маркса живёт в тебе;
Прорывается в виде «ведизма».
А от «ведизма» до «большевизма»
Рукой подать…
Остаётся вопрос a>priori:
Что рождается прежде:
Партия или теория?

Борис Проталин – парень бравый

Б.П.

Борис Проталин – парень бравый,
Но, незаметно повзрослел.
Года не шутка! Что вы, право…
Господь сто лет прожить велел!

Велел ему сопротивляться
Невзгодам, бедам, холодам…
А на охоту отправляться,
Беря с собою двух, трёх дам…

Но он презрел неба советы –
С собою взял лишь ружьецо.
Проталина с охоты нету –
Забыли мы его лицо…

Быстрые реки. Брошен камень у чёрного поля

Брошен камень у чёрного поля
Тупить косы, ножи опашной,
Чтобы косы, на дне захиревши,
Перегнулись под пеной речной

Камня кровь не стирает пучина -
Камень тёсен Луной в серебре:
Перекатит с теченьем кручины,
Оставляя круги на воде.

Каждым шагом к тёплому берегу -
Заводь тихой реки роковой.
Капли верно меняют теченье,
Тихий омут вспучился смолой!

В день 8-го марта. Люблю я праздник ваш весенний

Люблю я праздник ваш весенний
Люблю улыбку женских лиц
Люблю я птиц весенних трели
Люблю тебя за это жизнь!

Пускай поют весною птицы
Пускай мужчины дарят вам цветы
Пускай всегда, везде и всюду
Вы были вместе, они и я, и ты

Весною раннею повеяло сегодня
Теплом согрелася душа моя
Я шлю вам, дорогие, поздравленья
Цветы, улыбку, сердце только для тебя!

В деревянном старом доме

В деревянном старом доме
Мы ночуем на соломе,
В этом доме домовые
До утра в сенях стучат.
Что-то очень дорогое
И родное сердце ловит
Друг у друга в потонувших
В черном омуте очах.
Не спугнуть бы только словом,
Даже вздохом, даже думой
Из глубин души поднявшееся
Чистое тепло.
Много лет назад за Волгой
Или, может быть, под Тулой
Пролилось оно на сердце
И на дно его легло.
Мы его похоронили,
Нам казалось, и надолго
Заросло оно рубцами
От густых житейских драк.
Но теперь опять под Тулой
Или, может быть, за Волгой
Поднялась святая память
В деревенский добрый мрак.
Нам бы утром да при солнце
Улыбнуться бы друг другу
И запомнить, и запомнить
Полуночные глаза.
До свидания, деревня,
До свиданья пятый угол,
Там, где теплится лампада
И темнеют образа.

В каком краю, не зная слов

В каком краю, не зная слов,
Не ведая пути,
Бредёт душа, и шлют послов,
Велев её найти.

И скачут всадники, томясь
Невнятицей дорог,
Им нынче щедро платит князь,
Но завтра взыщет – строг.

И зыбкой гостьи силуэт
Им кажется в любой
Из встреченных – но снова нет…
Уходит так любовь!

В начале зимы. Не сомневайтесь, начиная бег

Не сомневайтесь, начиная бег
По неизвестности, где звонок голос наста,
Там в скачке сосен – каждая гриваста,
И лес-табун бежит всегда к себе

И мимо – вот душа у обстоятельств!
Как римский хор, как призраков хорей —
Они повсюду – обступив и спятив,
И воплотившись в память в декабре.

Одушевлённым временем пространства —
Повсюду следуя, накинуты, как сеть,
И тело жизни излучает свет,
Сквозя в плетёнке их теней и страсти.

В Париж, в Париж!

(Басня)

Однажды две лягушки днем
Ловили мошек языком.
Устав, однако, от болотной жижи
Мечтать вслух стали о Париже.

«Опять хочу туда. Там чистая вода», -
Заквакала мечтательно одна,
Осоловевшая от кушаний, лягушка
«Ведь там у них всегда

Французская еда!
Не то, что мошки здесь,
Которых тошно есть, -
Ей вторила подружка.

В плацентах планет зародившийся трепет

В плацентах планет зародившийся трепет
И лепет, затем превратившийся в речь
О, сколько гончар разминает и лепит,
И в горне разводит огонь, чтоб обжечь.

Им найдена форма, где образ есть голос,
И воля подобья находит уста,
Из плинфы безгласной ответами множась
Тому, кто поверил, что жизнь – пуста.

Под черепом неба, как купол, пространным,
Под куполом храма, услышавшим нас,
Кто нам отвечает — рифмует так странно
Поющего храма душа – резонанс…

В узких кругах и провальных квадратах

В узких кругах и провальных квадратах
О, как мы жаждем фигуры иной —
Лёгкого сердца и воли одной,
Облака, света и взмахов крылатых!

Длится и снится, и полнится жизнь,
Ясная радость гнездится в печали,
Лёгкое сердце – вот правда вначале,
И расписались в той правде стрижи –

Там, выше наших кругов и крадратов,
В синих стихах полудённых глубин —
И неделима душа, как остаток

В хлебах. В ночном лугу

Опять во всем душа заговорила,
Запело сердцу близкое во всем,
Кому что дорого, кому что мило...
Шуршит безмолвье гречкой и овсом.

Кузнечики куют неутомимо.
И перепел всего не перепел.
И человеческое все не мимо.
Насущный хлеб мой колосист и спел.

Нетерпеливая моя дорога к стану.
Зазывные над нею провода.
И кажется, что старым я не стану
И не расстанусь с жизнью никогда.

В чашу Байкала

В чашу Байкала
Слезинка упала.
Мы вас провожали в поход

У кромки причала
Чайка кричала
Любимица ветров и вод.

Окрестные ели
Под ветром шумели
И дни чередою прошли.

Вы много успели,
Байкал осмотрели,
Себя невзначай превзошли.

В честь юбилея Капиталины Михайловны

Отшумело лето зелёною листвой
Душистым разнотравьем, красотой земной
И настала осень, засиял расцвет
Капа появилась в этот день на свет.

И не кто не думал, что господь послал
Русскую красавицу нам на радость дал
Доброты немерено, красоты земной
Хрупкою да смелою, хоть иди с ней в бой.

Аккуратной, нежной, шустрою такой
Труженицу честную, с открытою душой
С друзьями всегда и в горе, в добрый час
И где такую сыщешь, сегодня вы у нас?

В этом ветре мы будем лететь

В этом ветре мы будем лететь,
Сквозь покой ощущая потоки,
В этом небе, где все одиноки,
Как покинувший город рассвет.

В этой влажности, чей язык –
Это зверя язык непродажный,
Чтобы всё нам простить, он возник,
Слёзы слизывая протяжно.

Мы в канале, хранящем, как взвесь,
Отражений туманных частицы,
Возникают в беспамятном здесь
Позабытые земли и лица.

Венок со(м)нетов для Валеры

Магистрал

Всегда в седле юнец, и лишь старик – по свету.
А он нам всё видней, как прежде – золотой.
Лишь промысел – алхимик жизни той,
Его реторты знают: плоти – нету.
Расчерчен циркулем дитяти мир: планеты,
Арены атомов и ореолов зной.
Как просто жизнь становится золой,
Архитектура – смысл слов, поэты!
Простые истины, заполнившись огнём,
Шалят, как дети, жизнь переменяя.
Аскет, открывший дверь, вдруг видит свет из рая,
И мир живёт, пока мы думаем о нём!

1.

Вернись в Сорренто наших юных дней

«Вернись в Сорренто» наших юных дней
Или хотя б присядь на Ветку в мае.
Жизнь безвозвратна, это понимаем:
Она река, и мы живём на ней.

Но здесь, на берегу, как век назад,
Всё в тех же травах, маем возрождённых,
Как чудо жизни, новый жеребёнок
Играет, радуя усталый взгляд.

Ты сон, Италия, сиянье чёрных глаз,
Бель-канто, что сердец не миновало,
Вода времён лилась и танцевала,
В родстве любви благословляя нас.

Весна. Жаворонки уж запели

Жаворонки уж запели
Приутихли и метели
И капелей больше нет
Светит яркий солнца свет

Просыпаются и почки
Потеплее стали ночки
Грязь и слякоть у двора
Гурьбой гуляет детвора

Пробивается подснежник
У дороги на лугу
Я стою цветком любуюсь
Сдержать радость не могу.

Ветеранам. А вас всё меньше остаётся

А вас всё меньше остаётся
Вы фронтовые мужики
За Россию-мать сражались
И честь с достоинством несли.

Уходят бывшие надежды
Таланты родины моей
Уходят верные герои
Плеяда славных сыновей

Страну родную защищали
Отвагу, мужество несли
И тыл надёжно прикрывали
Лишь вдовы, дети, старики

Внезапно маленькая тень

Внезапно маленькая тень
Мелькнула возле глаз сквозь тени
Сквозных, изменчивых растений,
Внося ин тригу в летний день.

О, дух охотника, до слов
Мгновенно тень опознавая,
Мелькнула мысль: она живая,
где время садом заросло.

Кто: птица? Яблоко? Зверёк? —
Вплетён в ажур ассоциаций,
Кто здесь не пожелал остаться,
Как струйка, брызнул и утёк?

Вновь зима принесла нам метели

Вновь зима принесла нам метели
Запорошила стёжку в саду
По дорожке, что рядом ходили
Я с тобою теперь не пройду

Снег в ладошках давно уж растаял
И его мы не сможем вернуть
Не зацветут нам бумажные розы
Свежий запах душе не дадут

Всё хорошее в жизни умчалось
И в душе видно лето прошло
Отшумели снега и метели
На душе стало горько, темно!

Возвращаясь к теме…

Две фары вазу оробелую
Несли сквозь полночь, в хрустале
Метель цвела, как роза белая,
На лобовом стекле.

Цветок слепил и символической
В стихах повязан был роднёй,
И наутилус металлический
Плыл в глубине ночной

Беззвёздной ночи, если звёздами
В луче – метели не считать,
И возвращаться было поздно нам,
Одно – сердца считать.

Воины слов

Гортанью изваянных истин
Всё жжётся и плавится плоть.
Ваятель – воитель неистов,
Он ищет, чем нас побороть.

И воины звука волною
На слух совершают набег,
И каждое слово сурово
И дико, как печенег.

Как будто из пасти дракона
Опасный восходит посев,
И колья гнилые закона
Шатаются, наземь осев.

Присоединиться к группе на ФэйсБук

 
Русские традиции - Russian traditions
Группа: Общедоступная · 1 350 участников
Присоединиться к группе
 

Наш канал на YouTube: