Русские традиции — Альманах русской традиционной культуры

Воинская икона Ветки. Иконопись

Лишь воинство, на битву отправляясь,
Такой иконе молится: вверху –
«Возбранной воеводе» уподобясь –
Благословляет Дева с облаков.

Не сами ли они в полдневном скоке,
Овеянные светом золотым,
Незримо – предводители святые,
«На росну коню», только воеводе

Явившись верному – как копья блещут!
Сияют шлемы, падают лучи
На свежие листы, где сохнут буквы
Их летописи – три-четыре строчки

Дева-древо. Иконопись ока

Дерево, Овсепетая
Ветрами, – листья одежд
В ритме молитвы и битвы
Слагают душа и дождь:

«Благословенна ты в женах…»
Шёпот стиховный и шелест –
В голос стихиры страстной.
Так по кайме этой кроны
Лиственный возглас зелёный
Благовествует весной.

И по кайме этой страсти,
Словно по лествице – гром,
Бренные грусти и кости
В свет прорастают пером.

Икона звалась Свячой… Из опыта изучения обряда “Свечы” в Восточном Полесье

“Свечами” в населенных пунктах Восточного Полесья называют как сам обряд, так его ритуальные принадлежнасти У весках Смаленшчыны, а также Хотимского района Могилевской области последнее воплощается в специально изготовленные свечки, а в населенных пунктах Костюковичского района Могилёвщины, Красногорского района “Свечами” называют иконы, которым поклоняются все жители деревни. В деревне таких икон могло быть несколько, и каждая из них “ходила” по своей улице. На Гомельшчыне (нами исследовались населенные пункты Ветковского, Добрушского, Кормянского, Чечерского районов) комплекс “Свячы” состоит из иконы, а это могло быть изображение любого святого, Иисуса Христа, Марии, и специально изготовленной свечки. Согласно традиции, “Свеча” поочередно находится в домах всех жителей деревни: год — в одном, год — в другом, и так, пока не обойдет всю деревню В некоторых из деревень в дом, где был покойник брали вне очереди: если мужчина — мужскую “Свячу”, если женщина — женскую. Переносилась “Свеча” в день памяти святому, которому он посвящалась. Время пребывания “Свечи” в одном доме могло не ограничиться одним годом, если человек, принимавший её, заранее обрекался взять её на несколько лет. Обычно это происходило только в случае очень больших несчастий в доме. Необходимо отметить, что результаты наших исследований относительно территории распространения обряда практически совпадают с результатами исследователей к. ХІХ — п. ХХ вв.[1]

В большинстве вариантов обряд совершался в течение двух дней. В первый день (обычно это происходило накануне переноса) все участники собирались в доме, где находилась “Свеча”. Гости приносили с собой еду, рушники и другие ткани, которые жертвовали на “Свечу”. Возле “Свечи” читали “Библию”, пели акафисты и псалмы, молились, после чего хозяева угощали гостей.

Иконка, пробитая осколком

Иоанну Предтече осколком
Оторвало левое крыло,
Другой – угодил в живот,
Но в крещальной купели
Невредимый младенец лежал
И не тронула воля войны
Ни перста. Ни креста,
Лишь из чаши
Пробитой
Просочилось две капли в конце,
Когда вышли хозяйка и дети
Из подвала и, глядя
Вслед, на запад, увидели
Русло зари
Над холмами
И дальнюю чёрную птицу…

Иконопись. На хаос, на серо-зелёный санкирь

На хаос, на серо-зелёный санкирь
Я красную охру бросаю.
И жизнь зародилась, и движется вширь,
Стремясь к заповедному краю.

«Ab ovo» судьба нас сегодня ведёт
«Аd mala» – до рая златого.
И тот, кому быть предстояло, грядёт,
И огнь выбивает подкова.

«Ab ovo» — я красную глину мешу,
Мы все – из яйца мирового,
И форму ищу, и о духе прошу,
И в слой заплавляется Слово.

Образ святого Николы в многочастных иконах Ветки

(Временно без иллюстраций)

1. Органичность многочастных икон для культуры Ветки

Многочастные образа, содержащие клейма с изображением отдельных чтимых икон и избранных святых, а также многофигурные композиции «избранных святых» известны во всех старообрядческих деревнях на Ветке. Собранные в регионе экспедиционные материалы по устной народной культуре иконы указывают на включение в состав многочастных изображений святых с «целебными» функциями. Об этом же свидетельствуют старообрядческие памятники (иконы, гравюры), в том числе и местные, известные как «целебники»[1]. Сравнение варьирующегося состава святых в многофигурных иконографиях типа «Покрова», «Богоматери Боголюбской», «Богоматери «Всем скорбящим радость», расширение рядов предстоящих в «Распятиях» также указывают на включение святых целителей. Все три явления: многочастные иконы, композиции избранных святых, а также и расширение чинов святых в числе предстоящих в многофигурных иконографиях подтверждают органичность и цельность этого процесса для старообрядческой культуры и, прежде всего, для Ветки. Доказательство живости явления – и участие в нём иконографических изводов, связываемых с местными традициями. Впитавшая в себя потенции многих древнерусских иконописных центров, Ветка развивалась в синтезе и переработке принесённого мастерами опыта, не только технологического, но и духовного. Рукописные памятники иконографического ‘собирательства’ сегодня хорошо известны. Таковым является, например, привезённый в Московский университет и рассмотренный в публикации И. В. Поздеевой «громадный конволют» XVII – XVIII вв. «Сборник, основная часть которого написана в начале XVIII в., полностью посвящён чудесам Богородицы и является своеобразной и очень полной энциклопедией русской мариологии»[2]. Однако одним из стилеобразующих факторов послужила фольклорная ситуация сосуществования мастеров и их заказчиков. В результате икона оказалась воспринятой в едином духовном пространстве народной культуры, как неотъемлемая её часть, глубоко погруженная в незримые, материально не осязаемые слои.

Семинар-концерт по теме "Твари Божии в агиографии, иконографии и народных духовных стихах" 28 марта 2010

В Вербное воскресенье в Омске на базе университетского храма св. мц. Татианы в 18.00 по омскому времени состоится семинар-концерт фольклорно-этнографической студии "Сретение" по теме "Твари Божии в агиографии, иконографии и народных духовных стихах". Семинар-концерт пойдёт в режиме он-лайн конференции.

…Я однажды с вечера прихворнула, пораньше легла спать. Проснулась рано утром оттого, что собака мне лижет лицо. Когда я открыла глаза, то поняла, что у меня страшный жар, и я не могу пошевельнуть ни рукой, ни ногой. А он лизнул ещё раз и стоит скулит. Я вроде двинуться, а не чувствую себя, и все. Я поняла, что со мной что-то страшное и что, если не вызвать скорою, то мне скоро конец. Телефон, вот он, в метре стоит. И вижу его, а протянуть руку не могу — нет руки. Пробовала кричать, а ни горла, ни языка тоже нет. Лежу, как головешка, и думаю — всё. Так расстроилась. Слезы текут, собака скулит, я тоже заскулила.

Он и за одеяло потянул. А я, что? Труп! Тут он, убегает в другую комнату, и приносит мне…, что бы вы думали? Молитвослов! Я так была поражена, что он суёт его мне к лицу, а я руку протянула и взяла. Взяла, открыла и начала сквозь слёзы молитвы читать. Чувствую: начала себя ощущать, ноги появились, голос. Когда я почувствовала, что могу, то потянулась к телефону и позвонила на "Скорую". Он пропустил их, и в калитку, и в дом, даже не гавкнув. Спасли они меня. Оказывается, была сильнейшая температура и на фоне её, частичная парализация. Если бы я не вызвала "Скорую", то не говорили бы мы сейчас. А все вот он сделал, — она потрепала за ушами и поцеловала в нос своего "ужасного" пса. Взяла молитвослов и показала нам. — Вот глядите и зубы на нем остались.

Группа на Facebook

Facebook Image

Группа во вКонтакте

Канал на YouTube: